Мостовское Княжество

Босой деревенский мальчишка с деловым видом шел к реке, неся удочки. Пройдя сквозь подлесок и выйдя на обрывистый берег, он замер от удивления. На противоположном пологом берегу реки весь тракт был заполнен людьми, лошадьми и повозками. Сплошной поток двигался по большой дороге, словно гигантская змея, которой не было видно ни начала, ни конца. Орда краснокожих двигалась вдоль берега, а в небе над ней кругами парил дракон.

«Отсюда до Каменного моста три дня пути, похоже, они туда направляются», – смекнул мальчонка и, побросав удочки, со всех ног помчался обратно в деревню.

 

Мостовское вассальное княжество, располагаясь между Пурским царством и степным Междуречьем, имело важное стратегическое значение. Его единственной достопримечательностью и основным источником пополнения казны был древний Каменный мост. Колоссальное сооружение, построенное в далекую постгномскую эпоху, когда люди еще владели древними технологиями, позволяющими размягчать камни и резать их, словно нож масло, делать многотонные каменные блоки невесомыми и при помощи левитации транспортировать их на большие расстояния. Ныне эти знания были безвозвратно утрачены и забыты, поэтому создать сооружение такого масштаба для современных строителей было непосильной задачей, и Каменный мост оставался единственной подобной переправой через крупнейшую реку Ра на многие мили вокруг. Здесь пролегала дорога Золотого торгового пути из арийских земель в Пурское царство и Самоцветные горы. Плата за переход по мосту щедро сыпалась, наполняя княжескую казну. Сам мост состоял из трех частей и был настолько огромен, что по ширине в один ряд могло ехать десять конных воинов, а по длине в колонну – сотня всадников. Таким образом, одновременно каждая часть моста могла вместить и выдержать до тысячи тяжеловооруженных кавалеристов.

 

В военном лагере на степной стороне Каменного моста у походного костра кучкой сидели ополченцы – односельчане. Никто не нарушал вечернюю тишину, каждый размышлял и молчал о чем-то о своем. К ним подошел мужичок средних лет, с пышными усами, свисающими вниз, и, поздоровавшись с каждым за руку, озадачил:

– У меня, хлопцы, две новости: очень плохая и не особо хорошая.

Ополченцы мрачно взглянули на старшину.

– Ну, давай, выкладывай, – предложил хмурый, сутулый землекоп.

– Из столицы к нам на подмогу направили несколько отрядов клинков.

– Так что тут хорошего? – спросил сутулый. – Или ты думаешь, они к нам на передовую придут? Как же, жди. Клинки станут заградотрядом на островной башне и будут в нас стрелы пускать, если мы от краснокожих драпать начнем. А то, что их ордынцы тоже порубают, после того как нас перебьют, так тут мало радости.

– Я и говорил, не особо хорошая, – оправдался усатый.

– А плохая? – поинтересовался здоровенный детина, сидящий недалеко от сутулого.

– Вчера из Пура пришел царский приказ: любой ценой оборонять мост, до последнего землекопа. Сдача моста будет приравнена к государственной измене. Так что у нас, хлопцы, два варианта: или сложить головы здесь, в бою, или потом на плахе, как предатели. Ну что, готовы умереть, сражаясь за родину?

– Будем биться до последней капли крови! – рявкнул молодой здоровяк с бравым, но туповатым лицом.

Старшина похлопал его по плечу с явной гордостью и скрытой грустью.

– А я вот не готов, – возразил хмурый. – За родину могут только краснокожие сражаться, у них нет частной собственности на землю. Там рядовой воин в поле выехал, так вся степь ему принадлежит и таким же, как он. А у нас что? На лугах коров не паси – частная собственность, в лесу не охоться – княжеские угодья, к реке не подходи, там спецздравницу для клинков построили. У нас, кроме работы и кредитов, ничего нет, за что нам сражаться?

– У меня шесть соток приусадебного хозяйства, – возразил сидящий рядом бородач.

– Ну, поздравляю, только, сдается мне, этого маловато, чтобы свою голову под стрелы подставлять. Пусть краснолюды сражаются, им за это деньги платят, а нас незачем на фарш пускать.

Все безразлично молчали, видимо, втайне разделяя мысли сутулого, только молодой Дуболом ошалело вращал глазами, ожидая реакции старшины.

– Вы как хотите, а я, как только начнется заварушка на мосту, сигаю в реку и под видом трупа вместе с телами убитых плыву вниз по реке. Можете со мной, а можете заниматься суицидом вместе с Дуболомом, – изложил свой план сутулый.

Старшина не реагировал, похоже, он не был удивлен провокационными высказываниями, видимо, дезертирское настроение преобладало в лагере.

– Да ты просто трус и предатель! – презрительно крикнул Дуболом и влепил сутулому звонкую оплеуху. Хмурый не удержал равновесия и слетел с бревна, служившего скамейкой.

– Лучше быть живым трусом, чем мертвым дураком, – огрызнулся поднимающийся землекоп, зло посматривая на молодого односельчанина.

Старшина дал команду прекратить стычку.

Вдруг к костру земляков подбежал запыхавшийся, но необычайно радостный паренек, судя по форме, денщик краснолюдского офицера.

– Мужики, нет войны, будем жить, – чуть отдышавшись, выпалил он.

Ополченцы настороженно уставились на него, опасаясь за его рассудок, который, похоже, помутился в стрессовой ситуации.

Видя их озадаченные лица, он улыбнулся и поспешно начал объяснять.

– Мы больше не вассалы Пура. Оказывается, наш князь – хоть Иван, да не дурак. Он с тайным посольством ездил в стан к Великому Вождю. И сегодня утром вернулся с «ярлыком». Теперь он – ярл автономных земель под покровительством Орды.

Все удивленно переглянулись, переваривая неожиданную новость.

– Нам необходимо, внезапно напав, уничтожить войско столичных краснолюдов и обеспечить беспрепятственный проход Орды через мост, а потом осуществлять тыловую поддержку. Так что завтра с утра нас перебросят на другой край моста бить клинков, а тут останется почетный отряд с хлебом-солью.

Все загудели, оживленно обсуждая эту новость. Старшина срочно куда-то побежал.

– Так что, теперь мы дань Орде платить будем? – спрашивали одни.

– А какая разница: дань вождю или налоги царю, только, сдается, в Орде казнокрадов нет, глядишь, они по три шкуры драть не будут, – отвечали другие.

– Ну что, патриот, – злорадно обратился сутулый к здоровяку. – Где теперь твоя родина?

Дуболом молчал, не зная, что ответить.

– Ты, когда в бой пойдешь, не забудь, что теперь вместо «П-ура» надо кричать «Слава Орде!»

Не особо развитые умственные способности молодого здоровяка дали сбой, так бывает с теми, чьи зомбированные головы забиты лживыми стереотипами и фальшивыми, не существующими в природе ценностями. Однажды суровая реальность рассеивает гипноз пропаганды, и они впадают в ступор.

7. Русалка