Повстанцы

Рыжебородый, безоружный, с плотно завязанными глазами, сидел в седле. Конь неспешно, но уверенно ступал по хорошо ему знакомой узкой лесной тропе, периодически фыркая, недовольный весом седока. Сопровождавший его всадник всю дорогу молчал, на вопросы отвечал предельно кратко, не вступая в диалог. И только стук копыт второго коня выдавал его присутствие.

Долго ехали по ручью, очевидно, чтобы замести следы. Журчание воды и неспешный шаг коня убаюкивали, в голове то и дело возникали воспоминания прошлого.

Сначала вчерашний разговор с трактирщиком:

– Эх, Рагнар, Рагнар. Не знал бы я твоего отца, даже разговаривать бы не стал. Ишь, чего удумал, Дриад найти! А если их вообще не существует? А если это все пьяные байки? Столько лет прошло, а ты все не угомонишься. Все ее ищешь? Да была бы она жива и здорова, уже сама бы домой вернулась.

Затем всплыли воспоминания далеких дней: страстная ночь с любимой незадолго до похищения и неожиданное нападение пиратов на их поселение.

В многочисленных островных государствах, где все женщины от природы смуглые брюнетки, рыжеволосые красавицы ценились на вес золота. Поэтому наиболее отчаянные пираты устраивали набеги на Красногорье, чтобы захватить их в рабство и продать в гаремы островных правителей и вельмож. Пока одна группа пиратов выманивала рыжебородых воинов, не ввязываясь в бой, другая приставала к берегу и пленяла женщин, а потом вместе сматывались на всех парусах. На тяжелых драккарах догнать быстроходные пиратские корабли было практически невозможно.

Вспоминалась многодневная, изнуряющая и безуспешная погоня. Долгие месяцы поисков. Позже узнали, что пираты попали в сильный шторм и напоролись на отмели у прибрежных скал, недалеко от «Лукоморья». Удалось найти место кораблекрушения, но к тому моменту прошло уже много времени, и отыскать выживших, если такие были, не получилось.

Однако через несколько лет прошел слух, что в близлежащих от места кораблекрушения лесах появилось таинственное племя Дриад – беспощадных рыжеволосых воительниц, – состоящее исключительно из женщин.

В памяти вновь возник вчерашний день:

– Ладно, Рагнар, слушай. Кроме нескольких племен краснокожих, обитающих на границе с Дивнолесьем, о Дриадах никто ничего не знает. Потому что остаться в живых после встречи с ними мало кому удается.  Охотники тех племен стали часто бесследно пропадать в лесах, а те, кто возвращается, молчат, как рыбы, – трактирщик усмехнулся.

– Какой воин будет трепаться о том, что его бабы в плен взяли и отымели? В общем, если хочешь найти Дриад, у тебя два пути. Или выходи на краснокожих и расспрашивай жертв изнасилования, которым удалось от них сбежать, или отыщи Друидов – они все ведают о том, что творится в Дивнолесье. Но только мало их осталось, да и в наших краях о них тебе никто не подскажет, тут я не смогу помочь. Да и никто не сможет, друида в Дивнолесье отыскать невозможно, пока он сам того не пожелает.

А вот насчет краснокожих можно подумать. Одному к ним соваться опасно, они между собой грызутся, а уж с чужаками и вовсе не церемонятся. Но у нас в окрестных лесах завелись партизаны – повстанцы значит, а у них с кочевниками связь налажена, краснокожие их уважают за то, что они клинков истребляют.

– Так ведь клинки же выходцы из краснокожих племен?

– Так-то оно так, да они для них вроде ренегатов. Для краснокожего чести нет – на службу идти. Чтобы добрый охотник в услужение пошел, это надо, чтоб в лесу медведь от голода сдох, да и все зверье с ним в придачу. Вот поэтому отщепенцев, которые узкоглазым за деньги служат, они не любят.

А повстанцы дружбой с краснокожими дорожат, так как к ним опальных и беглых переправляют, да и сами у них время от времени отсиживаются, когда им клинки хвост прищемят. С Танаиса, как известно, выдачи нет!

Вот что мы сделаем. Сегодня вечером ко мне в кабак должен заглянуть один тип. Поговаривают, что он связной у повстанцев. Я с ним не общаюсь, но и делам его не препятствую. Публика у меня непростая собирается, сам понимаешь, кто дело ищет, кому схорониться надо, так что он тут персона нужная. Так вот, когда он появится, я дам тебе знать и на него укажу, а как ты на него впечатление производить будешь – это уже твое дело.

Дальше вспоминались звуки: смачный хруст под сапогом, крик, переходящий в поросячий визг, вопли пьяного купца и голос нынешнего проводника: «Что стоишь? Быстро за мной, пока гвардейцы не набежали».

 

Повязку сняли только в пещере, тускло освещенной огнями факелов. Перед рыжебородым стоял высокий худощавый человек, сильно смахивающий на полуэльфа. Даже в столь неподходящем месте его суровое лицо и осанка сохраняли свою аристократичность. Рядом стоял проводник – вчерашний гость трактирщика. Судя по всему, где-то неподалеку был лагерь партизан.

– Ты опять к нам привел неизвестно кого? – спокойным голосом обратился к проводнику полуэльф.

– Ну, так а что мне было делать? Оставить его на растерзание гвардейцам?

Повстанец смерил взглядом медведеподобного гостя.

– Значит, ты и есть тот молодец, что отдавил клинку яйца? – полувопросительно- полуутвердительно сказал худощавый.

Рагнар молча кивнул.

– Да, устроил ты переполох. Чтоб клинки из дальних дозоров не возвращались – такое случается часто, а вот чтобы их в центре столицы калечили – это нечто новое.

– А вы, стало быть, и есть повстанцы? Борцы за правое дело? – уточнил рыжебородый.

– Правое, левое. Тут у многих одно дело – обида на власть, у кого-то личные счеты с клинками. Слыхал, что они в деревнях вытворяют?

Рагнар не ответил.

– Ладно, нет времени тут с тобой политбеседу проводить, давай к делу. После того, что ты сделал, у тебя есть два пути: примкнуть к нам или валить за пределы ПуРы. Что скажешь?

– Мне к краснокожим надо.

– Значит, пополнить наши ряды не желаешь?

– Дело у меня там.

– Давай так: ты подсобишь нам, а мы поможем тебе попасть к краснокожим. Ну как?

– Что я должен сделать?

– Об этом тебе твой попутчик расскажет, – полуэльф указал на стоящего рядом проводника. – А мне пора заняться другими делами. Лис, – обратился он к проводнику, – теперь он в твоем распоряжении, сам привел – сам и наставляй. Все, вы свободны.

Лис кивнул рыжебородому, указывая на выход.

– Постой, – окликнул гостя полуэльф, – звать-то тебя как?

– Рагнар Красногор, местные кличут просто – Горыныч.

– Горыныч, стало быть. Ну, добро.

2.6 Друид